Чудом уцелевшая коллекция столового серебра

На выставке «Неповторимый образ твой», открывшейся 6 марта в
музее «Дом Машарова», объектом музейного исследования оказались
сами женщины, наши современницы.
Выставка расположилась в двух небольших залах бывшего
Машаровского особняка, полного старинных вещей, спокойного уюта и
основательности, тоже оставшейся приметой времени иного, — когда
половицы делались широкими и крепкими, потолки высокими, а
крыльцо широким, когда мебель сбивали из цельных досок, изящной и
прочной, а дрова для камина умели подбирать по свойству древесины
гореть долго, приятно пахнуть и давать пламя необычного
оттенка…
В Тюмени Рогозинский тоже занимался журналистикой, писал
статьи, очерки для тюменских газет. А жена помогала ему, родила,
воспитала и выучила пятерых детей, играла в любительских
спектаклях. Сохранился титульный лист пьесы «Сброшенные оковы»,
написанной Петром Александровичем.
Уцелела и коллекция столового серебра, принадлежавшее семье Рогозинских.
Картина за подписью Александра Дурова, известного циркача. Он
дружил с Рогозинскими и, будучи проездом в Тюмени, останавливался
в их доме. Тогда, за один вечер, и нарисовал эту картину, которая
хранится в семье больше ста лет…
А дальше на полвека вперед — в сороковые, в пятидесятые, ближе
и ближе к сегодня, которому только предстоит стать историей, на
которое непривычно глядеть со стороны…
Но в тот вторник из гостиной убрали мягкие кресла и диваны,
чтобы освободить место для многолюдного собрания, какое в прежние
времена бывало в доме, может, лишь на торжестве по какому-то
исключительному случаю. Неизвестно, дозволялось тогдашним
посетителям бесконтрольно рассредотачиваться по дому для большего
удобства, но нынешним пришлось собраться в одном зале…
Организаторы и героини выставки, сотрудники музея, гости и
журналисты искали место между застекленными витринами, столом с
подарками и поставленными на середине стендами, телеоператоры, в
обнимку со штативами, с громоздкими камерами на плечах, осторожно
маневрировали в этом столпотворении и были в нем чуть ли не
единственными мужчинами…
Прочим же, а особливо мужам почтенным и властительным, за
неявку попеняла Антонина Ивановна Навицкая из Тюменской
региональной общественной организации «Женская инициатива», в
которой и возникла идея устроить эту выставку. Единственным
исключением стал депутат областной Думы, председатель постоянной
комиссии Николай Барышников, по уверению Антонины Ивановны,
вообще отзывчивый на все «женские инициативы». К концу
подтянулись еще джентльмены при параде, скромно встали у дверей.
А дам потчевали шампанским и водичкой с подносиков специально
отряженные официанты мужского пола — для пущей праздничности…
Пришла же охота давешним революционеркам учредить день
мужеборчества именно по весне, когда природа оживает, солнце
светит ярче, птички поют звонче, а коты сходят с ума, и всякому
чуждому политике человеку, глядя на них, мнится, что время это
лучше всего подходит не для демонстраций, а для свиданий при
луне… Так что праздник формально победившего равноправия
постепенно оборотился в день цветов, духов и славословий
традиционным женским добродетелям. Ну и неофициальное, за
праздничным столом, выяснение, кто важнее для мироздания и куда
подевались «настоящие мужчины»…
Организаторы выставки «Неповторимый образ твой» решили наконец
вспомнить, за что боролись, и предложили городу образ
женщины-профессионала, женщины-руководителя, при этом не
противопоставляя его образу женщины-матери, воспитательницы и
охранительницы…
Подзаголовок выставки — «Женщины в истории Тюменского края.
Век XX». И вот на стендах фотографии тех, кто строил и
создавал… та же история, которую все мы знаем, только в других
именах, рассказанная чуть иначе и оттого более полная…
В дюжине «именных» витрин — отдельные повести. Не длинные —
времени на сбор материала и подготовку экспозиции было немного, —
но предметные, индивидуальные, составленные из фотографий,
документов и личных вещей. А начало…
Начало все-таки о дамах, не имевших еще профессий и
избирательных прав, для которых и эти стены, и эта мебель, и
украшенные изразцами высокие печи были не музейными экспонатами,
а повседневным окружением, о дамах, состоявших при мужьях, отцах
и братьях, благодаря известности которых становились заметны и их
собственные достоинства…
Вот портрет Марии Аркадьевны Карпинской- Колокольниковой, жены
Владимира Ивановича, одного из братьев Колокольниковых, купцов и
благотворителей, на средства которых было построено здание
нынешней архитектурно-строительной академии.
Вот фото Евгении Алексеевны Рогозинской, которая, по словам
заведующей филиалом «Дом Машарова» Ольги Анатольевны Береговой,
которая провела для собравшихся экскурсию по выставке, в начале
прошлого века считалась одной из самых красивых женщин Тюмени.
Муж Евгении Алексеевны Петр Александрович Рогозинский был сослан
в Сибирь из Кронштадта, где редактировал газету «Кронштадтский
вестник», в которой опубликовал «материал, компрометирующий
царский двор». Ссылка оказалась не такой уж далекой — благодаря
заступничеству друга адмирала Макарова Рогозинского отправили на
поселение в Тюмень.
Тогда он был женат на другой женщине, которая не поехала с
ним. А Евгения Алексеевна, обвенчавшись с Рогозинским, рискнула
отправиться в далекий холодный неведомый край…

Здесь и участница войны Мария Михайловна Никифорова,
стрелок-радист в летном полку, побывавшая в Москве на парадах в
1945-ом, а потом и в 2000 году, — она помнит и тот и другой,
помнит свой самолет, с которым «встретилась» через пять с лишним
десятилетий…
Здесь учительница Валентина Федоровна Трофимова, почетный
гражданин города, создательница и директор первой в Тюмени
школы-интерната.
И Галина Петровна Яковлева, герой социалистического труда,
когда-то депутат Верховного Совета и партийного съезда…
регалии, которые от долгого неназывания перестали казаться
банальными… А потом была автокатастрофа, после которой,
боялись, не выживет… И вот уже почти десять лет двухкомнатная
квартира Галины Петровны служит чем-то вроде детсада на дому —
родители «сдают» ей детишек, а она следит, кормит, водит гулять,
разучивает с ними стихи и песни…
И Раиса Николаевна Рогачевских, двадцать пять лет
проработавшая директором кукольного театра…
И Марисова, которая оставила карьеру ради забот о больной
внучке, которую в буквальном смысле слова поставила на ноги. Для
нее десять лет назад нарядила куклу, которая теперь украшает
выставку, для дочери вышила картину… Портрет Надежды Ананьевны
и стал неповторимым образом, который выбрали на афишу выставки.
Есть своя витрина у Антонины Ивановны Баикиной, преподавателя
нефтегазового университета, кандидата исторических наук, которая
помогала сотрудникам музея Ольге Береговой и Вере Аксюта
создавать эту выставку…
И еще, еще, еще… Где? В банках, вузах, больницах, в
строительстве, на железной дороге, в торговле… Кто? Да кто
угодно — хоть контролер, хоть генеральный директор. Кстати, среди
героинь выставки — победительницы всероссийского конкурса
«Женщина — директор года»…
При всем при этом Антонина Навицкая утверждает, что женщина в
обществе, в том числе и тюменском, не востребована, ее заслуги
недооценены… Собственно, будь это совсем уж несправедливо, не
было бы и нужды учреждать отдельный конкурс «Женщина — директор
года», которой самим фактом своего проведения будто бы
провозглашает: смотрите, у нас есть женщины-директора, они умеют
работать, их предприятия — среди лучших!
Ну да ладно, праздник все-таки… То есть историческая
трансформация дня 8 марта есть свершившийся факт, и проблемы,
наверное, уместнее оставить для дней будних. Хотя в будни кто ж о
них вспомнит? Да и проблема-то на самом деле не столько в том,
что женщину-директора не знает вся страна, а больше в малости —
моет ли муж директора дома за собой чашку и ждут ли этого от
него…
Но о хорошем все-таки стоит говорить. И о выставке, созданной
стараниями краеведческого музея, «Женской инициативы» и
Тюменского областного центра документации новейшей истории,
которую со временем, возможно, увидят и в других городах. Татьяна
Михайловна Исламова, директор краеведческого музея, тоже
«директор года», призналась, что испытывала сомнения, — удастся
ли вообще выставка. Такого раньше не делали. «Но нас спасло то,
что музейные работники (а это в основном женщины) на протяжении
многих лет собирали материал». Вот и получается, что сам о себе
не позаботишься, себя не похвалишь…
В Тюмени за целый век нашлось бы немало интересных женщин с
необычной судьбой, ярких личностей, отменных специалистов,
представительниц редких и любопытных для публики занятий,
творческих профессий… Но нельзя объять необъятное. И это
хорошо. Потому что в ином случае это не было бы необъятное — был
бы только занимательный, но скудный набор исключений… И вот
тогда стоило бы созвать демонстрацию.